Если шахтные воды останутся под землёй, городу грозит катастрофа

 В каком состоянии реки, протекающие через Кривой Рог? Почему запрет на своевременный сброс шахтных вод в реку Ингулец может обернуться катастрофой для города? Как горожане сами уничтожают природные богатства? Об этом «Пульсу» рассказал заместитель главы ОО «Экологический совет Криворожья» Эдуард Горевой.
 

- Эдуард Георгиевич, в этот раз сброс шахтных вод из пруд-а­накопителя в балке Свистунова начали 17 января, хотя это должно было произойти ещё 1 ноября. Это наносит вред состоянию флоры и фауны реки. Почему каждый год возникают проб­лемы со сбросом шахтных вод?
 -­ Пруд-­накопитель в балке Свистунова, расположенный на территории бывшего Широковского района, предназначен для круглогодичного сбора шахтных вод с последующим их сбросом в межвегетационный (зимний) период в реку Ингулец. Он построен в 1976 году. Проектный объем пруда 12,2 млн м3.
11-1 Пруд-­накопитель до сих пор является объектом незавершенного строительства. Его временная эксплуатация осуществляется на основании обследования технического состояния и паспортизации, которая выполняется каждые три года. Максимальный рекомендованный объем накопления составляет 7,75 млн м3.
 Существующая сегодня схема аккумуляции и сброса шахтных вод была внедрена в 2011 году. Во время сброса происходит разбавление шахтных вод пресной водой из Карачуновского водохранилища, чтобы уменьшить нагрузку на реку Ингулец. После сброса для промывки русла реки снова подается объем воды из Карачуновского водохранилища. Данная схема не отвечает нормам законодательства, в частности ст.72 Водного кодекса, ведь предприятия перед сбросом шахтных вод должны принимать меры по снижению минерализации воды.
 При этом в целом для Кривого Рога сброс шахтных вод ­ далеко не катастрофа. Ведь для их разбавления и последующей промывки русла Ингульца в Карачуновское водохранилище подается относительно свежая и чистая вода из Днепра. Если предприятия перестанут оплачивать подачу воды для промывки, то какую воду мы будем пить?
 Наиболее приемлемым решением проб­лемы утилизации шахтных вод является их разбавление перед сбросом. Для этого необходимо построить емкость для смешивания шахтных вод, водовод, который будет подавать пресную воду. Но горнорудные предприятия согласны на финансирование этих сооружений только при долевом участии с государством, ведь балка Свистунова ­- объект государственный. О том, как сложно добиться выделения бюджетных средств, говорить не приходится.
 При этом последние четыре года сброс шахтных вод идет с существенной задержкой, что только ухудшает экологическую ситуацию. Пруд ежегодно переполняется. Когда вода в нем достигает отметки 7,75 млн кубометров, она начинает уходить в подземные водоносные горизонты. Куда идет миграция этих вод под землей ­- неизвестно. К сожалению, ни Министерство охраны окружающей среды, ни Государственное агентство водных ресурсов не интересует ни ситуация с прудом-­накопителем шахтных вод, ни состояние реки Ингулец. Иначе сложно объяснить их неконструктивную позицию. В результате искусственно создается аварийная ситуация, и согласно п.10 ст.14 Водного кодекса, Кабмин дает распоряжение о сбросе шахтных вод, чтобы избежать худшего. Получается замкнутый круг.
 - Что нужно сделать, чтобы не допустить повторения ситуации?
 -­ Для начала необходимо ввести в эксплуатацию пруд­накопитель, для чего, в первую очередь, необходимо полностью его опорожнить, чтобы провести комплексное обследование плотины и ложа пруда, затем гидроизолировать, чтобы не было утечек, и построить, как я уже говорил, все необходимые сооружения для смешивания шахтных вод.
 Такой выход является оптимальным, об этом неоднократно говорилось на экологическом форуме, который мы проводили в Кривом Роге в феврале прошлого года. Участниками этого форума были и представители государственных органов. Но сначала надо решить вопрос с финансированием, проектированием, а это займет несколько лет. На это время мы предлагаем увеличить период сброса шахтных вод до шести месяцев. Это поможет снизить накопление вод с 7,5 до 6 млн кубометров, что уменьшит потери. Чтобы планы воплотить в жизнь, нужно чтобы в Минприроды отреагировали на наши обращения и в первую очередь прекратили ежегодные запреты на сброс.
 -­ Если ничего не изменится, и, более того, будет введен полный запрет на сброс шахтных вод и эксплуатацию пруд­накопителя, чем это грозит городу?
 -­ Если запретить сброс шахтных вод, но при этом продолжать откачку воды из шахт в пруд-­накопитель, возможны два варианта: один тихий, но очень опасный с экологической точки зрения, когда вода будет просто уходить под землю, другой ­ может не выдержать дамба и тогда последствия будут катастрофическими для пгт Широкое, которое накроет волной высокоминерализованных шахтных вод. Вот такие перспективы.
 Если же запретить откачку шахтных вод в пруд­-накопитель, то шахтные воды просто некуда будет откачивать. Тогда техногенная катастрофа будет угрожать уже Кривому Рогу. Шахты гидрологически связаны ­- в итоге начнут заполняться подземные пустоты. Центр города, где сосредоточены старые шахтные выработки, просто поплывет. Экономический ущерб будет исчисляться десятками миллиардов, не говоря уже о потерях десятков тысяч рабочих мест.
 - Весенний сброс шахтных вод наносит серьезный вред реке?
 -­ Во­-первых ­- это попадание в реку загрязняющих веществ с концентрацией в воде, которая превышает нормативы в 40-­60 раз. В результате ни в одном населенном пункте, которые расположены вдоль реки Ингулец, не осталось ни одного источника, вода в котором соответствовала бы норме. А ведь люди продолжают пить воду, которая по минерализации превышает нормативы в 3­-5 раз, готовить на ней пищу, поливать огороды, что приводит к засаливанию грунтов и потере их плодородности.
 Для самой реки наиболее опасными, на наш взгляд, являются резкие перепады течения. Между периодом сброса вод и промывки реки наступает стабилизационный период. Из Карачунов вода не подается, Ингулец течет в природном режиме, рыба выходит на мелководье, нерестится. После этого уровень воды резко падает, икра остается на камыше, на берегах... Рыбаки в селах, расположенных вдоль Ингульца, говорят, что рыбы с каждым годом становится все меньше. Даже летние «концерты» лягушек стали редкостью. Но такой очевидный вред не беспокоит ни Минприроды, ни Госэкоинспецию.
Важно и то, что аграрии отбирают воду на орошение земли в период промывки, что категорически не рекомендуется, поскольку пресная вода, которая подается из Карачунов, является своего рода поршнем, который выталкивает из Ингульца в Днепр сброшенные шахтные воды. Так вот отобрать пресную воду во время промывки ­- это, по сути, сломать этот поршень.
 -­ Что, кроме шахтных вод, влияет на качество воды в реке Ингулец?
 -­ На пути к Карачуновскому водохранилищу качество воды в Ингульце ухудшается по показателям жесткости в два раза, минерализации в 3-­4 раза, содержания хлоридов в 4,5 раза. А вот настоящий кошмар начинает происходить, когда вода выходит из водохранилища и проходит через город и объекты Южного промышленного узла. Это влияние отвалов, хвостохранилищ, стоков из частного сектора. По пути от Днепра до зоны влияния шахтных вод качество воды по минерализации ухудшается в 17 раз, по хлоридам ­- в 80, в несколько раз увеличивается и жесткость. Это абсолютно не связано с шахтными водами.
 По некоторым показателям вода в реке Ингулец хуже шахтных вод, которые сбрасываются с балки Свистунова. При этом Госэкоинспекция пытается повесить всех собак на ГП «Кривбассшахтозакрытие» и горнорудные предприятия.
 Общественный союз «Экологический совет Криворожья» неоднократно обращался в Минприроды, Центральный офис Государственной экологической инспекции Украины, Государственное агентство водных ресурсов с просьбой установить источники загрязнения реки Ингулец.
 -­ Продолжают ли сливать в наши реки канализацию, стоки из частного сектора?
 -­ К сожалению, да. Если удается ликвидировать один несанкционированный слив канализации в реки, появляются новые. Время от времени городские власти проводят соответствующие рейды, в которых мы принимаем участие, но привлечь нарушителя к ответственности довольно сложно. На частную территорию владельцы домов, расположенных у реки, не пускают, и вины своей в сливе канализации не признают.
К примеру, в частном секторе на КРЭСе оборудованы лотки ливневой канализации, которые сильно заросли зеленью. Их расчисткой никто не занимается, и растительность служит прекрасным прикрытием для труб, которые выведены из домовладений практически прямо в реку. Также не забывайте, что на лето перекрывают Саксагань, и люди льют своё «добро» в стоячую воду...
 Очень сложно работать с Госэкоинспекцией, особенно в плане оперативности их реагирования на обращения. Обратиться туда с жалобой может только физическое лицо, не организация. Заявление гражданина сначала зарегистрируют, потом направят инспекторов -­ будет потрачено много времени, сомневаюсь, что получится зафиксировать нарушение. Как заверил нас заместитель главы Госэкоинспекции Украины Виктор Канцурак, сейчас в процессе разработки находятся нормативные документы, которые должны повысить оперативность реагирования на нарушения.
 - В Кривом Роге создали комплекс по гранулированию и фасовке сульфата аммония (удобрения для сельскохозяйственных культур) на территории бывшего КЦРЗ. Ещё на этапе получения разрешительных документов на создание комплекса проходили акции протеста жителей близлежащих районов. Представители ОО «Экологический совет Криворожья» в феврале были месте производства. Каковы ваши выводы?
 -­ По моему глубокому убеждению, шумиха, созданная вокруг этого комплекса абсолютно надуманная. Он занимает небольшое место на территории Криворожского ремонтно­механического завода (бывшего КЦРЗ). Это современное предприятие с новейшим оборудованием, работающим без видимой пыли и большого шума. Вокруг чистота и порядок, надеемся, что не показные.
 Мы задавали вопросы о том, какие мероприятия проводятся по защите атмосферного воздуха. В ответ руководители предприятия показали, как сульфат аммония привозят в вагонах, разгружают в закрытых помещениях. На предприятии есть новейшие очистительные установки с рукавными фильтрами, полностью закрытое производственное оборудование. Готовая продукция загружается в специальные мягкие контейнеры. Наверное, именно поэтому на многочисленных перилах отсутствует пыль. Впечатление от увиденного хорошее, а как будет в дальнейшем, расскажут жители и мониторинговые измерения загрязнения атмосферного воздуха, проводимые городским управлением экологии.
 В целом в городе ситуация с загрязнением воздуха хоть со скрипом, медленно, но улучшается.
 Но уже сейчас мы столкнулись с проб­лемой, которую решить будет практически невозможно ­- это загрязнение воздуха продуктами сгорания, которые выделяются твердотопливными котлами. Кроме того, в городе огромнейшее количество незарегистрированных источников выбросов: подпольные автомастерские, мини-котельные, работающие неизвестно на чем.
 Надеемся, что общими усилиями нам удастся улучшить экологическую ситуацию в городе в целом, и государство начнет нас слушать, а не просто слышать.
                                                                                                              Анна НИКОЛАЕНКО