Криворожский экспроприатор Давид Раппопорт

После революции 1905 года волна вооружённых грабежей и налётов буквально захлестнула Россию. Называлось тогда всё это модным словом «экспроприация». Занимались ею для пополнения своей кассы в основном боевые группы разных политических партий (экспроприаторами к примеру были такие известные личности, как Иосиф Джугашвили (Сталин), Симон Тер-Петросян (Камо), а также шайки откровенных разбойников, а то и просто грабители-одиночки.

Dacha

Дача П.А. Столыпина после взрыва (12 августа 1906 года), г. Санкт-Петербург

Террорист из Кривого Рога

Самой нашумевшей экспроприацией денег в России с применением револьверов, винтовок, бомб и даже сабель была история, о которой мы вам сейчас расскажем.

В середине октября 1906 года в Петербурге произошло ограбление, по своей дерзости превзошедшее все до сих пор бывшие в столице вооруженные грабежи. Террористы напали на казначейскую карету средь бела дня в людном месте, в самом центре города - на набережной Екатерининского канала (ныне канал Грибое­дова). Ставка была велика: в казначейство везли 600 тысяч рублей золотом, кредитными и ценными бумагами. В боевую группу эсеров-максималистов входил и беглый ссыльный Давид Раппопорт - уроженец местечка Кривой Рог Херсонской губернии.

Этой истории без малого 100 лет. 16 июня 1906 года издаваемая в Москве ежедневная дешевая газета Российской империи «Русское слово» поместила на своих страницах короткую заметку следующего содержания: «КРИВОЙ РОГ, 15, VI. Криворожцев охватила паника, так как носятся упорные слухи о предстоящем погроме. Жители бегут в Николаев. В рудниках Копылова украдено 11 пудов динамита. Вся полиция поставлена на ноги. Нашли пока три пуда, арестовано пять человек».

В числе тех, кого сыщикам удалось задержать, был и молодой рабочий-слесарь Копыловского рудника Давид Раппопорт. За участие в ограблении динамитного погреба его выслали в Архангельскую губернию. Однако из ссылки наш земляк сбежал. Приехав в Петербург, он примкнул к Союзу социалистов-революционеров-максималистов. Максимализм вырос из течения «аграрных террористов», возникшего в 1904 году в партии эсеров, и из так называемой «московской оппозиции», а пик их деятельности припал на 1906-1907 годы, когда они совершили около пятидесяти террористических актов.

«Таинственная группа»

Одной из боевых групп максималис­тов, которая причастна к ограблению на набережной Екатерининского канала, руководил некий «Товарищ Сергей». Она насчитывала около двух десятков боевиков в возрасте 18-20 лет. Добрая половина из них - евреи: Адель Каган, Александр Кишкель, Ицко Рабинович, Эйхенбаум, «Соломон», «Ленька»… В их компании был и криворожанин Давид Раппопорт, а также двое рабочих дружинников из Екатеринослава (ныне Днепропетровск) - Лаврентий Шаляхин и Иван Мишин.

Революционеры-террористы жили на съемных конспиративных квартирах, часть комнат которых была переоборудована в мастерские по изготовлению бомб и фальшивых паспортов.

Давайте мысленно перенесемся на берега Невы начала прошлого века. Петербург в то время жил как на вулкане. В столице империи было неспокойно, почти каждый день приносил известия то о столкновении «буйной толпы» с городовыми, то о нападении рабочих на стражей порядка, то о налетах «боевиков-бомбис­тов» на конторы и магазины.

Осенью 1906 года петербургские газеты писали о «таинственной группе» террористов, чья нечеловеческая жестокость приводила в ужас и правительство, и непричастного ни к чему обывателя. Как вы уже догадались, речь идет о максималис­тах. Им принадлежит «заслуга» осуществ­ления самого кровавого теракта в истории русского революционного движения - взрыва служебной дачи премьер-министра России Петра Столыпина в день прие­ма посетителей (27 человек было убито на месте, 32 - ранено: из них шестеро умерло на другой день), а также самых крупных экспроприаций - ограбления Московского общества взаимного кредита (7 марта 1906 г.), когда партийную кассу за 15 минут пополнили 875 тысяч рублей, и захвата казначейских сумм в Фонарном переулке 14 октября. Причем последний теракт стал и одним из самых кровавых.

Все экспроприации максималисты оправдывали пополнением партийной кассы. Правда, не всегда деньги шли по назначению. Те, у кого они хранились, старались ни в чем себе не отказывать. К примеру, 875 тысяч «кредитных» рублей за семь месяцев «растворились» как призрак в утреннем тумане. Поэтому и решено было посягнуть на сборы портовой таможни. Правда, сделать это удалось с третьей попытки.

Ограбление в Фонарном переулке

За три дня до ограбления боевики собрались на даче близ станции Мустомяки Финляндской железной дороги. В начале прошлого века эти места были переполнены революционерами всех мастей. В донесениях начальству местный жандарм сообщал: «…в пансионате "Линда", предлагающем усиленную молочную диету больным туберкулезом, все места заняты проживающими здесь левыми и правыми эсерами, эсдеками, большевиками, меньшевиками и отчаянными бундовцами».

 

Именно здесь и было решено «взять» деньги на углу Фонарного переулка и Екатерининского канала. В принятом плане каждому участнику ограбления отводилась определенная роль. Одним предстояло метать бомбы, другим - осуществить экспроприацию, третьи, в их числе был и криворожанин Давид Раппопорт, отвечали за прикрытие в случае появления полицейских и сотрудников сыскного отделения. О событиях тех далеких дней нынешние кинематографисты могли бы снять захватывающий криминальный боевик. Уж слишком дерзко действовали преступники. Они похитили казенные деньги буквально в самом центре столицы.

Как потом выяснилось, террористы тщательно готовились к этой операции, наблюдая из ближайшей пивной лавочки за проездом казначейских карет по каналу, поскольку это был их обычный маршрут. К тому же в государственный банк максималисты внедрили агента, который сообщал сведения о времени отправки денег и размерах перево­зимых сумм.

Pereulok

После ограбления в Фонарном переулке

Давайте воспроизведем картину ограб­ления. 14 октября 1906 года. 10.45. Из ворот портовой конторы казначейства на Гутуевском острове выехала закрытая карета в сопровождении конных жандармов. В ней важно восседали, не забывая, однако, поглядывать по сторонам, три человека - помощник казначея Герман, а также инкассаторы Попов и Соколов. Тревожиться было от чего - совсем недавно деньги перевозили безбоязненно и практически открыто, но на сей раз, согласно циркуляру Министерства финансов, ввиду участившихся грабежей и нападений, для перевозки денег выделялся вооруженный конвой. В карете лежали три засургученных мешка из верблюжьей кожи с ценностями на сумму более 600 тысяч рублей - это были таможенные сборы, перевозившиеся в губернское казначейство и Государственный банк. Об отправке денег в этот день в порту мало кто знал, однако конвой, так же как и кассиры, был настороже. Далее события разворачивались так. Вот что писал в связи с этим «Петербургский листок».

«ПЕТЕРБУРГ, 14.Х. Сегодня в 12 часов дня по Екатерининскому каналу проезжала карета с помощником казначея портовой таможни Германом, везшим в губернское казначейство 600 тысяч руб­лей. Ее сопровождали восемь жандармов и агенты охраны.

На углу Екатерининского канала и Фонарного переулка была устроена засада и под карету был брошен снаряд, от взрыва которого убита одна лошадь и другая ранена. Из кареты выскочил Герман и досмотр­щики, нападавшие открыли пальбу из револьверов, но тут раздался второй взрыв. В перестрелке ранен жандарм в голову и несколько других лиц, причем нападавшие захватили один из пакетов с деньгами в 336 тысяч рублей и передали их тут же находившейся женщине, немедленно скрывшейся.

Преступники, отстреливаясь, бросились в разные стороны; один из них, бежавший по направлению памятника императору Николаю I, был настигнут солдатом и убит, а другой арестован. К месту взрыва вызваны войска. По убегавшим преступникам открыли пальбу и одного смертельно ранили, а двух арестовали. Раненые и убитые помещены в казармы Стрелкового полка. Дом, откуда брошен снаряд, окружен войсками и в нем происходит обыск, так как туда скрылись двое нападавших. Помощник казначея помещен в одном из домов Фонарного переулка, где его охраняют вой­ска. В домах на близлежащих улицах разбиты окна. Груды стекла на мос­товой. В домах есть раненые от взрыва…»

Итог кровавой бойни

Из нападавших убиты двое - «Соломон» и «Ленька». Потери со стороны жандармов - трое раненых. В перестрелке получили ранения два дворника и двое прохожих. Четверо нападавших: «товарищ Сергей», Мишин, Рабинович и Эйхенбаум были схвачены на месте преступления. В ходе погони задержали еще троих налетчиков.

Наказание не заставило себя ждать. Спустя несколько дней в Петропавловской крепости военно-полевой суд слушал дело «об ограблении в Фонарном переулке». Расправа была жестокой: из одиннадцати человек, представших перед трибуналом, восьмерых приговорили к смертной казни через повешение. В их числе были «товарищ Сергей», Рабинович, Эйхенбаум, Мишин, Толмачев и Голубев. Их лишат жизни в Кронштадте на следующий день после вынесения приговора.

Спустя два месяца дознание установило личности еще нескольких участников, некоторые подробности нападения и, прежде всего, личность «дамы под вуалью», увезшей деньги - Адель Каган. Затем, на основании сведений охранного отделения, в качестве непосредственного участника грабежа был арестован Давид Раппопорт. Раненый во время перестрелки экспроприатор после десяти дней скитаний по Петербургу, под страхом ежеминутного ареста, скрылся в Смоленске. По возвращении налетчика в Петербург в 20-х числах декабря следы от ран на животе послужили главными уликами его участия в деле. Раппопорта арестовали. К сожалению, о дальнейшей судьбе криворожского террориста №1 автору этих строк ничего больше не известно.

Святослав АЗАРКИН

'
    '