Привычная жестокость

8-1 За прошлый год суды Днепропетровской области рассмотрели 35 дел, связанных с травлей в общеобразовательных учреждениях. Сколько из них пришлось на Кривой Рог ­неизвестно. О случаях буллинга начали говорить -­ а это уже немало. Но стала ли жизнь криворожских школьников легче -­ решайте сами.

 Сейчас маленькой криворожанке Полине К. одиннадцать лет. Обычная худенькая девочка ­ пятиклассница. Немного неловкая, часто смущается и легко краснеет. Она старательно учится, любит рисовать акварелью и читать про драконов.
 У Полины сложный диагноз, но любящая и заботливая мама. Та самая, которая, послушав докторов, поклялась: «Мой ребёнок не станет инвалидом» ­- и теперь вкладывает все силы, чтобы сдержать слово. Строгая диета, таблетки... Для родителя это означает постоянную, изматывающую работу, ежедневный труд без права на ошибку или слабость. Сегодня ты сдашься и опус­тишь руки ­- а завтра это сделает и ребёнок. Но у мамы всё получается.
 Сама Полина давно привыкла к ограничениям и даже перестала их замечать. Подумаешь, нельзя булочки, жареную картошку или газированную воду. В мире полным-­полно других прекрасных вещей: любимое синее платье, огромный плюшевый медведь, забавные мультики, хомяк-­повторяшка.
 И в школе Полине нравится. Нравится рассказывать наизусть стихи, болтать с Анжелой, соседкой по парте, нравится решать задачи и чертить треугольники тонким карандашиком.
 Внешне и умственно она ­- обычный ребёнок. От остальных отличается разве что излишней доверчивостью, но это скоро пройдёт.
 Четыре года назад маме Полины пришлось ненадолго уехать. Ничего необычного ­- подвернулась возможность немного подработать, оплатить одну из необходимых операций. И всего-­то на два с половиной месяца.
 Для ребёнка эти десять недель показались вечностью. Бабушка, с которой Полина осталась, конечно же при всём старании маму заменить не могла, хотя заботы проявляла, скажем честно, иногда даже слишком много.
 Полина скучала. Уезжая, мама оставила ей свой новый телефон ­- для связи, и каждый вечер они подолгу болтали, рассказывая друг другу о всяких пустяках, разделённые тысячей километров ­- но такие близкие и родные.
 С телефоном Полина почти не расставалась. Она склеила для него бумажный чехол, на котором, как смогла, нарисовала мамин портрет ­- и старалась не выпускать из рук. Даже спать ложилась, убедившись, что подарок рядом.
 Но кое­-кто был против. Учительница Полины не потерпела нарушений дисциплины. На уроке ребёнок обязан работать, а не поминутно смот­реть на экран. Полина ждала маминого звонка -­ знала, что это случится не раньше восьми вечера, но надеялась...
Учительница делала замечания. А когда поняла, что они не действуют, перешла к решительным действиям. Ловким движением она выхватила телефон из рук ребёнка и со словами: «Маму к директору немедленно!» ­- положила его на свой стол, прямо на стопку тетрадей. Бумажный чехол разорвался, устройство соскользнуло и упало на пол, развалившись на несколько частей.
 Бабушке еле удалось уговорить плачущую Полину выйти из школьного туалета. А вот учительницу уговорить не удалось. Помогли только справки от врача, подтверждающие диагноз, чеки из аптеки и длинный рассказ о том, что деньги, перед тем, как потратить, следует заработать.
 Учительница оплатила ремонт телефона. Но на Новый год Полина маму не увидела ­- телефон так и не успели починить.
 После четвёртого класса девочка перешла в другую школу ­ история о том, как неблагополучная семья заставила учителя ремонтировать телефон за свои деньги, к тому времени обросла слухами и подробностями.
 Новые одноклассники приняли Полину настороженно. Устраивали ей проверки, придумывали обидные прозвища, прятали пенал ­- шаг за шагом ей пришлось пройти стандартный путь новичка. Тогда втайне от мамы Полина начала плакать перед сном.
Её диета продолжалась. После третьего урока все дружно шли в столовую, а Полина оставалась в классе. Открывала пластиковую коробочку с обедом и спокойно кушала, наслаждаясь тишиной и одиночеством -­ те, кто мог бы посмеяться над скромной едой, были слишком заняты.
 С наступлением холодов всё изменилось. Открывать окна для проветривания при учениках нельзя до весны ­- на улице мороз, а классному руководителю Полины не нравился запах еды в классе. Девочку попросили ходить в столовую со всеми.
Она выделялась. Не покупала сладости в буфете, не разбрасывала куски котлет, не отказывалась от вареной картошки, не выливала компот в тарелки ­ просто садилась за самый дальний стол и старалась не смотреть по сторонам.
 С того дня у одноклассников появился ещё один отличный повод для шуток. Глядя на старый телефон со следами ремонта, на еду из дома, они дружно решили, что семья Полины слишком бедная и не может даже оплатить питание в столовой. Насмешки усилились. Подруга Полины Анжела пересела к Оле и перестала отвечать на звонки.
А за два дня до каникул к Полине подошла Татьяна Ивановна. Технолог. Самый главный человек на школьной кухне. И громко попросила уйти. У неё ведь все столы посчитаны. По нормам. В стране эпидемия, дистанция полтора метра. Лишнего человека садить некуда. Тем более, денег Полина не платит, порцию не берёт ­- а место занимает. Тут и остальных рассаживать негде...
 Доедала Полина возле умывальников, отвернувшись к стене, чтобы не видеть входящих-­выходящих. Обычная худенькая девочка-­пятиклассница. Она чувствовала себя ужасно неловко, раскраснелась, а еда казалась ей горькой от слёз.
 Мы не можем раскрывать настоящие имена участников событий, чтобы не ранить ребенка. Но эта история правдива, она действительно происходит в данный момент в Кривом Роге. Ничего ведь не закончилось. Школы ушли на дистанционное обучение, ученики сидят по домам. Полина, как смогла, рассказала маме о случившемся. Связаться с директором школы мама не смогла ­- то больничный, то проверка, то -­ так уж совпало -­ семинар по буллингу. На котором рассказывали, что травля ­- страшное дело, с которым надо нещадно бороться. Надо организовывать комиссии, назначать ответственных, запрещать, не допускать, пресекать, а в случае чего ­- тут же докладывать и писать отчёт.
Но почему­-то никто не сказал, что нужно быть немножко добрее. И тогда многие проблемы решатся сами собой.
 Полина хочет поменять школу. Ей сложно вернуться туда, где пришлось пережить такой стресс. Она плачет, когда видит еду, и перестала читать.
 Мама согласна. Ей сложно поверить, что ситуацию можно исправить. Проще начать на новом месте, заново. Ведь в другой школе всё будет по­-другому, правда?
                                                                                                                     Влад СЫЧОВСКИЙ