Как наши земляки в «Мёртвом сезоне» снимались

8-1«Мёртвый сезон», вышедший на экраны страны полвека назад, безусловно, ­ лучший советский «шпионский фильм», с дос­товерным изображением «загнивающего» Запада, достойными противниками с обеих сторон и без капли совершенно излишней в этом жанре пропаганды. Только в первый год проката (за десять месяцев 1969 года) его посмотрели более 35 миллионов зрителей! До «Семнадцати мгновений весны» было ещё 5 лет...

Кстати, чинуши от кино видели в роли главного героя именно Вячеслава Тихонова, а не Донатаса Баниониса. Им нужен был «боец невидимого фронта» типа Павла Кадочникова из общеизвестного кинофильма «Подвиг разведчика». Правда, киноначальство и авторы сценария, продолжая настаивать, чтобы роль советского резидента сыграли либо Вячеслав Тихонов, либо Олег Видов или Владлен Давыдов, не учли (или не захотели учитывать) одного -­ после окончания войны прошло двадцать лет ­и за окном была уже совсем другая эпоха, другая жизнь, другая реальность. Но режиссер Савва Кулиш пригласил на пробу Донатаса Баниониса -­ актера, твердость и мужественность которого сочетались с обаянием мягкости и интеллигентности. В результате все остальные претенденты на главную роль остались не у дел.
Фильм богат актерскими удачами. В нем снимались такие известные мастера сцены и экрана, как Ролан Быков, Сергей Курилов, Геннадий Юхтин, Бруно Фрейндлих, Владимир Эренберг. В творческую группу попали и двое криворожан ­- актриса теат­ра и кино Светлана Коркошко, сыгравшая роль барменши Элис и мастер спорта СССР по боксу Владимир Завгородний ­ - мой давний знакомый по прозвищу Шпага. Он был участником сцены обмена нашего разведчика на западного шпиона.
...В последний день уходящего 1960 года на новогоднем приеме в Букингемском дворце королева Елизавета II за особые заслуги перед Британской империей удостоила рыцарского титула миллионера Гордона Лонс­дейла. А через неделю новоиспеченного сэра арестовали как иностранного шпиона. Подлинное имя Лонсдейла ­ - Конон Трофимович Молодый. Он провалился из­за предательства сотрудника польских спецслужб Михала Голеневского. Лондонский суд приговорил Молодого к 25 годам тюрьмы, хотя тот так и не признался, что являлся советским резидентом.
Удивительно, но после провала Конон стал знаменитым. В 1964 году его обменяли на сотрудника внешней разведки Великобритании Secret Intelligence Service (СИС или МИ­6) Гревилла Винна, арестованного КГБ в Москве по делу двойного агента Олега Пеньковского (полковник Главного разведывательного управления Генштаба Мин­обороны одновременно работал на СИС и ЦРУ США). Это был первый обмен сотрудников спецслужб, ставший достоянием гласности. Вероятно, поэтому Конон Молодый стал прототипом разведчика Ладейникова в фильме «Мертвый сезон».

ФИЛЬМ СНИМАЛИ С КОНЦА
Последние метры теперь уже чужой земли. Крепкие мужские объятия, сдерживаемые чувства. Сцена синхронного «разворота» трех «Волг» (ГАЗ­21), когда советского разведчика обменивали на английского шпиона, стала одной из самых сильных во всем мировом кинематографе. В группе встречающих чекистов было несколько рослых, спортивного телосложения парней. В этом эпизоде и снялся Владимир Зав­городний.
В съемочной группе он оказался случайно. После окончания Криворожского авиационного училища спецслужб гражданского воздушного флота работал в аэропорту «Домодедово». Параллельно учился в школе высшего спортивного мастерства Московской области. Нашего земляка ­ победителя различных всесоюзных соревнований, хорошо знали в боксерских кругах столицы. В Федерации бокса СССР его заприметила помощница Саввы Кулиша, ­ режиссера фильма «Мертвый сезон». Она отбирала крепких парней ­ кандидатов для съемок в кульминационном эпизоде кинодетектива - ­ сцене «обмена» шпионами.8
Все происходило в Подмосковье в начале сентября 1967 года на 62-­м километре Ленинградского шоссе.
«Когда «обмен» состоялся, мы ­ шесть «чекистов», отобранных из числа боксеров, бросились сдержанно нашего «экс­резидента» обнимать, а затем прикрывали Ладейникова ­ Донатаса Баниониса, своими спинами», ­ рассказывал мне Владимир Леонтьевич. А потом улыбнувшись, шутя, добавил: «За создание образа сотрудников КГБ, ­ идеально смот­рящихся с экрана в одинаковых серых плащах, «Ленфильм» платил нам огромную по тем временам сумму ­ - семь с половиной руб­лей за съемочный день!».
Пришлось новоиспеченному киногерою и понервничать. Группу предупредили, что на съемке будет присутствовать сам Конон Молодый. В титрах фильма он значился под псевдонимом консультант Константин Панфилов. В тот день случился курьез. Банионис после съемок признался, что все глаза проглядел: где настоящий разведчик? «Неужели не приехал?», ­ поинтересовался он у режиссера. На что Савва Кулиш сдержано ответил: «Да вот же он!». И показал рукой в сторону одиноко стоящего в стороне мужчины, который внешне напоминал простого работника киностудии. Тогда Донатас сказал Молодому: «Вы совсем не похожи на разведчика! Извините, не признал вас». А тот только рассмеялся: «Если бы я был похож, то не смог бы служить в разведке...».

ВСЕ ЛЮБОВНЫЕ СЦЕНЫ ВЫРЕЗАЛИ
Работа над «Мертвым сезоном» завершилась летом 1968 года. Однако на широкий экран картина вышла лишь спустя семь месяцев. Сначала чиновники от кино усмотрели в ней нетипичность (слишком немужественным выглядел на экране Ладейников в исполнении Баниониса). Затем вмешались внешние обстоятельства ­ августовские события в Чехословакии.8-2
Фильму удалось пробиться к зрителю только в начале 1969 года, да и то после ряда серьезных доработок. Принимал его первый секретарь Ленинградского обкома КПСС Василий Толстиков. В зале стояла мертвая тишина. Наконец, съемочная группа услышала: «Картина неплохая, но над ней надо еще поработать». Министр Госкино СССР, в свою очередь, потребовал убрать сцены с Кеннеди и «отменить» смерть Савушкина. Пришлось героя актера Ролана Быкова «оживить».
А вот худсовет после первого прогона настоятельно рекомендовал избавиться от «телячьих нежностей». При монтаже фильма, в частности, из него вырезали всю любовную линию между главным героем и совладелицей рес­торана «Сан­Ремо» ­ барменшей Элис. Наша землячка, великолепная, привлекательная актриса Светлана Коркошко, на тот момент, безусловно, была секс­звездой советского кино. Талант актрисы, как и сексуальность, просто­таки фонтанировали. Уже всем было понятно, что герой Баниониса и героиня Коркошко друг в друга влюблены. Но любовь эта на экране только угадывалась по взглядам, двум­трем фразам.
Зато разрыв был показан эмоционально. В какой­то момент Элис интуитивно опустилась перед Гордоном Лонсдейлом на колени, пытаясь его удержать. Банионис, оценив находку актрисы, делает то же самое и, понимая, что Коркошко не видит его лица (ее голова была у него на плече), дает волю своему чувству. Так и стояли они друг перед другом, не видя друг друга. На глазах у обоих были слезы. Потом Банионис вдруг «ушел» из кадра. Видно понял, что этот эпизод принадлежит актрисе и дал ей возможность отыграть его до конца...
Увы, в урезанной картине дальше безупречных и наполовину оголенных коленок дело не пошло. В одной из сцен, словно предчувствуя вмешательство цензуры, Гордон Лонсдейл, мило беседуя с понравившейся ему очаровательной Элис, выдавливает из себя сокровенную фразу: «А вам бы пошло длинное платье. Совсем длинное...». Сказал как в воду глядел! «Постельная» и другие сцены любовных отношений героини Коркошко с персонажем Баниониса не остались незамеченными блюстителями нравственности. «Не может советский разведчик любить иностранку! ­ за­явили в один голос члены худсовета «Ленфильма». ­ Тем более, когда мир стоит на пороге катастрофы...».
Впрочем, фильм от такого решения цензуры ничего не потерял. Совершенно. И с «плохой» игрой актеров киночиновникам пришлось смириться. Пришедшие на просмотр большие чины КГБ вынесли свой вердикт на этот счет. Чекисты проигнорировали «коллегиальное» мнение худсовета и «Мертвый сезон» увидел большой экран. В кассы кинотеатров выстраивались очереди. Картина и полвека спустя смотрится на одном дыхании...

Святослав АЗАРКИН