Фуршет

Он выжил в концлагере

8-111 апреля во всём мире отмечается памятная дата ­ Международный день освобождения узников концлагерей. В этот день в 1945 году заключённые Бухенвальда подняли вооружённое восстание.

Председатель Украинского союза узников ­ жертв нацизма Покровского района, двоюродный племянник знаменитого криворожского подпольщика Николая Решетняка Владимир Даршт в своем письме в редакцию вспоминает, как его пятилетним ребенком вывезли в Германию.
«В 1941 году, когда началась война, отец ушел на фронт,- ­ пишет он.- ­ В 1943-­м в Кривой Рог, в совхоз №20, где в то время жила наша семья, на мотоциклах с колясками, с овчарками заехали немцы. Насильно согнали в центр села всех женщин и детей. Мне тогда было пять лет, сестре Лиде ­ шесть. Погнали нас, как скот, на железнодорожный вокзал, загрузили в вагоны­-«телятники», в которых были забиты окна и двери. Ехали мы в темноте и духоте.
Везли нас в Польшу. По прибытии согнали в здание, провели проверку и регистрацию. Снова затолкали в «телятники» и вывезли в Германию, в город Фрайгауз. Там всех постригли наголо, заставили раздеться донага и сдать свои вещи. Затем завели в какое-­то здание и выдали всем лагерную полосатую одежду, на ноги ­ деревянные колодки. Помню, дети сильно плакали.
Разместили нас в бараках лагерного типа. Их было примерно 15­-20. Там мы и жили. Мама по 14-­16 часов работала на сельскохозяйственных работах. Я с сестрой, как и все дети, находились в лагере. Кормили нас два раза в день брюквой, гнилой капустой и выдавали кусочек хлеба. Спали все на длинных сплошных нарах.
Через месяц в лагерь приехала какая­-то немецкая верхушка. Мама в это время была на работах, а нас, маленьких мальчишек, отобрали и вывезли в концлагерь Нюрнберга. Здесь я на себе испытал все ­ и зверские мучения, и медицинские эксперименты. Кормили какой­то баландой, брюквой. Спали мы на нарах.
Лагерь был огражден в три ряда колючей проволокой под электричеством. От холода, голода и мучений многие дети не выдерживали и погибали. Тела умерших увозили в крематорий и сжигали. Здесь я пробыл 1 год и 10 месяцев. О тех зверствах и сегодня вспоминать больно и тяжело.
Освободили нас голодных и оборванных американские войска. В августе 1945 года я вернулся на родину. А чуть раньше, в апреле, возвратились мама с сестрой Лидой. Отец погиб на фронте. Жить было негде. Ютились в землянке. Везде царила разруха. Снова голод и холод. Но несмотря ни на что, мы были рады и счастливы, что вернулись на родную землю».
«Пульс» встретился с Владимиром Дарштом. Даже сейчас, спустя десятилетия, со слезами на глазах он вспоминает то страшное время.
­- Когда меня привезли в Кривой Рог в 1945 году, мать, как только меня увидела, сразу упала в обморок, ­ рассказывает он. ­ Она уже и не надеялась, что я жив. В лагере, действительно, выжить было очень трудно, кто это смог сделать, тот совершил настоящий подвиг. Мне было всего пять лет, но я до сих пор не могу забыть, как по ночам стоял в выгребной яме вместе с другими детьми, как нас обливали холодной водой. Как однажды сильно замерз, не выдержал и выбежал из нее, а немец схватил меня за ногу, высоко поднял над землей, и со всей дури кинул вниз. Помню, как однажды я упал от голода. Тут же подошел фашист и разрубил мне, лежачему на земле ребенку, прикладом голову. Эта травма беспокоит меня до сих пор.
-­ Владимир Иосифович, у вас есть номер, который фашисты всегда выбивали на руках тех, кто был в концлагере? ­ интересуемся у него.
­- Нет, такого номера у меня нет, ­ отвечает. ­ В концлагере, где я находился, были только мальчики 5­-7 лет. Нас, тех, кто прошел бы этот ад и выжил, готовили для диверсионной миссии. Конечно, если бы Германия победила в войне СССР. А зачем будущим диверсантам номер, по которому их могут опознать?
­- Много советских детей погибло в том концлагере, где находились вы?
­- Очень много. Если ребенок заболевал, его не лечили, а убивали и потом сжигали в печи. Кто­-то из детей не выдерживал таких условий и сам умирал. Мало того, что маленькие дети жили в голоде, холоде, спали на голых нарах, по ночам в выгребных ямах стояли, так еще над нами ставили медицинские эксперименты, испытывали лекарства, постоянно брали кровь для раненых немецких солдат. Нас когда американцы увидели, которые лагерь освободили, не могли сдержать слез. Кто-­то сразу же полез в вещмешок за едой, шоколадом. Накормить хотели. Хотя конечно же после такого голода делать это было нежелательно. Я был совсем маленький, поэтому не помню все в подробностях. То, что я выжил ­ это чудо.
­- Много ли сегодня проживает в Кривом Роге бывших узников концлагерей?
­- На 1 января проживало 427 человек (в Покровском районе ­ около 70). Для сравнения: в 1995 году в городе было 7,5 тысяч бывших узников.
-­ Как сложилась ваша жизнь после войны?
-­ В 1945 году пошел в первый класс школы №15, которая носит имя моего двоюродного дяди. Работать начал в 14 лет, сразу после окончания 7 классов. Трудился на КМЗ разнорабочим, зубофрезировщиком, потом была армия. С 1961 года трудился на ЦГОКе, с 1966-­го ­ на дизельном заводе. В 1988 году вышел на пенсию, но работать продолжал. Общий трудовой стаж ­ 55 лет. Награжден орденами и медалями, мои портреты были размещены на Аллее трудовой славы города. Женат. Есть две дочери ­ Татьяна и Елена. Внуки живут в Германии.

Елена ЧЕРНИЧКИНА