Полиция в смартфоне


 Эта история началась 25 апреля 2020 года. Тогда я даже предположить не могла, что она затянется и по сей день.

 В то субботнее утро мой сосед начал делать ремонт. Строительными работами он занимается как в будние дни, так и в выходные. Естественно, что нам ­- его соседям, весь этот грохот мешает нормально жить, но он даже слышать не хочет, что мы имеем право на отдых. Ранней весной, летом и теплой осенью во время ремонта в соседской квартире мы с мамой-­пенсионеркой сидели на улице, но сейчас, увы, зима и на скамейке не посидишь.
Летом ремонт проводился с 7.00 до 23.00. Менялись батареи без уведомления и разрешения соответствующих служб. Выбивались стены -­ обломки падали с таким грохотом, что мы думали, что они и потолок в нашей квартире пробьют. Я звонила в нашу управляющую компанию «Житлосервис-­КР», что по ул. Спасской, 17. Там сказали, что у соседа есть разрешение, но на вопрос, какой номер, от какого числа и кем подписан ­- бросалась трубка и в последующем не поднималась.
 В общем, ремонтные работы, по моему мнению, соседом ведутся без соблюдений норм закона. А уж коль закон нарушается, я решила обратиться в полицию. За десять месяцев проведения работ стражи порядка мною вызывались пять раз, из которых дважды вообще не приехали.
 Один раз приезжал патруль полиции из Саксаганского районного отдела или отделения (от этого переименования толку как с козла молока). Они предупредили соседа, что ремонтные работы во время карантина запрещены, и его «попустило» на время. Но в следующие разы приезжали патрульные полицейские. И вот что меня поразило.
 Приезжая на вызов, они не представляются и не предъявляют удостоверений, наверное, думают, что достаточно и надетой на них формы. А один из вызываемых мной нарядов просто убил наповал.
 Вызвала я их в воскресенье, 17 января, в 11.29. Приехали в 12.10. И сразу же пошли не к нарушителю закона, который в этот выходной день снова что­то выбивал в своей квартире, а ко мне.
 Открываю дверь. Не представляясь и не показывая удостоверений, один из них стал тыкать мне в лицо смартфон (успела увернутся -­ иначе бы выбил глаз). «Вот, смотрите, -­ сказал он, показывая на какой-­то текст на экране, -­ в воскресенье можно проводить ремонтные работы».
 Я вначале растерялась, а когда пришла в себя, сказала: «Во-­первых, представьтесь, а во-­вторых, перечислите законы и назовите нормы права, на основании которых в выходные дни разрешается проведение ремонтных работ в многоквартирном доме».
 Они назвали себя ­- лейтенант патрульной полиции роты №2 Роман Юрьевич Комаров (тот, который мне что-­то пытался показать в смартфоне) и Павел Любомирович Сабон. И еще раз повторили, что ремонтные работы у нас разрешены в любой день недели.
Я их спросила: «А как же законодательные нормы, регламентирующие данные действия? Они что теперь -­ не работают и не соблюдаются?».
 На что один из них мне ответил, что Закон Украины «Про забезпечення санітарного та епідемічного благополуччя населення», Гражданский кодекс Украины, Кодекс Украины об административных правонарушениях отменены, а создан сайт полиции, согласно нормам которого все сотрудники полиции и действуют.
 У меня глаза вылезли из орбит, на какое-­то время даже пропал дар речи, но вскоре, опомнившись, я спросила: «Простите, на каком основании они были отменены и кем?».
В ответ -­ гробовое молчание. Спрашиваю: «У меня высшее юридическое образование, а у вас?». И снова тишина.
 Тут хотелось бы сделать небольшое отступление. Я ­- бывший сотрудник милиции. До 2006 года работала оперуполномоченным уголовного розыска Криворожского городского управления милиции. В 2006 году военно­врачебной комиссией была комиссована из органов внутренних дел по состоянию здоровья. То есть, как понимаете, законы я знаю.
 Но вернемся к нашим патрульным. Услышав, что я имею высшее юридическое образование, лейтенант Комаров сказал, что у них оно тоже высшее. Я спросила: «Какое?». В ответ -­ молчок. Второй патрульный, у которого фамилия Сабон, пытался что­-то сказать через маску, но у него это плохо получалось. У меня сложилось впечатление, что они не понимают русского языка.
 Вышли мои родители. Отец мне сказал, что им бесполезно что-­либо объяснять хоть на русском, хоть на английском ­-не поймут ничего. На что Комаров сказал, что ему все равно, на каком языке общаться, потому что у него есть переводчик в телефоне.
К нарушителю они так и не поднялись. Уходя сказали, чтобы мы в полицию следующий раз не звонили, так как на мои вызовы они реагировать больше не будут.
 Как сказали, так и произошло. В пятницу, 29 января, у соседа вновь происходили бурные строительные работы. Поднялась я этажом выше, чтобы предупредить, чтобы в субботу, 30­-го, дали нам отдохнуть. Но, увы, никто не открыл дверь. Решила воспользоваться услугами службы «102», чтобы поставили в известность правонарушителя о нормах закона. Позвонила туда, сообщила, что дверь мне не открывают, попросила приехать, но они так и не появились.
                                                                                                                       Инна ИВАНЕНКО