МЫ ВМЕСТЕ БЛАГОДАРЯ ТВОРЧЕСТВУ

5-1Сорок шесть лет вместе. Это впечатляет. Я о прочном союзе Бельских. В День всех влюблённых мне захотелось встретиться именно с этими замечательными людьми и немного поговорить о семейном долголетии.

 

  Общался я с парой отдельно. Зная авторитарный характер Антонины Григорьевны, лучше всего было выведать секреты счастья у ее супруга наедине.

- Александр Игнатьевич, помните тот день, когда впервые увидели свою будущую супругу?

- Я приехал в Кривой Рог по направлению, окончив Днепропетровский медицинский институт. Раньше я уже занимался в студенческом театре пантомимы. Поэтому сразу же явился в ДК Центрального комбината и записался в театральную студию. Помню, у меня было дебютное выступление в спектакле. И мне принесли из ателье сценический костюм.

  Но случился курьез. Оказалось, что рукава пришили неправильно. За десять минут до выхода на сцену я повторял слова и размахивал руками. И так получилось, что они разошлись по швам. Я был в ступоре. И тут ко мне подбежала молодая девушка и с силой оторвала оба рукава. А затем вытолкала на сцену. Так мы и познакомились. Антонина тогда пела в хоре, и мне всегда нравилось за ней наблюдать.

- А когда вы почувствовали стрелы Амура?

- Мы были очень близки по духу. Я ходил туристическими тропами по Крыму, она облазила весь Кавказ. Потом Антонина мне сильно помогла, когда я работал в санэпидстанции. Было много документов, и она брала их печатать. А когда я уже окончательно «поселился» во Дворце культуры, у нас все закрутилось. Мы занимались общим делом, которое было по душе мне и ей.

- Что в характере Антонины Григорьевны вам импонирует, а что до сих пор «бесит»?

- В ней мне импонирует деловитость, хваткость, она очень коммуникабельный человек.

  По поводу «бесит», то она порохообразная женщина - от слова «порох». Иногда излишне вспыльчивая. А вообще, я ей все прощаю.

 Александра Бельского сменила Антонина Григорьевна. Я сказал примерно, о чем пойдет речь, а дальше был монолог.

  - Он (Александр Бельский, - прим. ред.) мне с первой минуты не понравился. Я сама тогда шила вещи. И мне казалось, что он не то носит, не так одет. А мне девчонки все время говорили, чтобы я на него обратила внимание. У меня тогда были необычные ухажеры.

  Как-то был творческий вечер, и он меня пригласил на «белый» танец. А потом проводил домой. Начали дружить. Я помогала ему делать фонограмму, печатала документы.

  Помню, как он мне сделал предложение. Встал в артистическую позу и сказал: «Ты могла бы рассмотреть вопрос о том, чтобы выйти за меня замуж». Думала, что дурачится, а оказалось, что он был серьезен.

  Еще мне очень нравилось, как он работал в творческой студии с детьми. Позже уже стала ревновать к Сашиным поклонницам.

  В нем мне нравились его широкий кругозор, образованность. И его талантливость. Ведь в своем театральном жанре он - гениальный режиссер. А «бесила» меня в нем его излишняя скромность. Относительно быта, то мы всегда старались договориться. А творчество только укрепило наш союз.

Егор ДОБРЫДЕНЬ