Дорога домой

«Помогите доехать домой в Кировоград» ­ именно с этих слов началось наше знакомство с 33-­летним Александром Бычковым, бывшим заключённым УИН №38, расположенной в оккупированном Свердловске Луганской области.

В 2011 году Александр Бычков попал за решетку. В родном Кировограде вместе с группой таких же «специалис­тов», он создавал автомобили-двойники. Для этого под имеющиеся документы разбитых или украденных машин в Германии приобретались подержанные автомобили соответствующих марок, а Александр заменял на них панели с заводскими номерами. В результате хозяева получали новые машины, бандиты - приличные комиссионные, а государство - сплошные проблемы, которые периодически всплывали.
Рано или поздно подобному «бизнесу» должен был прийти конец, и группа была изобличена. Александр получил свои 3,5 года лишения свободы и был отправлен отбывать наказание в Свердловскую колонию №38.
- При украинской власти «сиделось» нормально. Я работал в гараже, занимался тем, что умею лучше всего - ремонтом машин, - рассказывает мужчина. - Кормили как положено - в рационе были и мясо, и рыба, и овощи. Менты особо не прессовали. Однако все изменилось весной-летом 2014 года.
Сначала пропал начальник лагеря - сказали, что он «ушел» на повышение в Луганск. Потом исчез начальник оперативной части - сбежал в Россию. Зав. производством собрал семью и уехал в Киев. Потом как-то одновременно все сотрудники милиции, охранявшие лагерь, переехали в него жить. Стало понятно, что происходит что-то серьезное, и в колонии начали ждать изменений.
В июне 2014 года УИН-38 посетила группа крепких мужчин в камуфляже и с оружием. Их было около 20 человек. Эти люди спокойно зашли на охраняемую территорию и начали устанавливать свои порядки. Первое, что они озвучили, это то, что досрочно никто освобожден не будет и всем придется сидеть от звонка до звонка.
- Я шел на УДО (условно-досрочное освобождение) и для меня такое изменение было как снег на голову, - говорит Александр. - Я понял, что придется сидеть еще целый год. Работники милиции приняли присягу ЛНР и продолжили работать, а для зэков ситуация изменилась кардинально. Сразу же прекратилось обеспечение колонии продуктами питания. Около трех месяцев приходилось доедать то, что оставалось на складе. Благо, была возможность самим печь себе хлеб. Только в сентябре начались новые поставки продуктов. Но это были исключительно кабачки и капуста. До конца февраля 2015 года лагерь настолько провонял гнилой капустой, что в столовую заходили только абсолютно голодные заключенные. И то только для того, чтобы взять «пайку» хлеба. Но даже количество выдаваемого хлеба было урезано - вместо буханки в день выдавали только 3/4.
Александр Бычков рассказал также, что с марта поставка продуктов опять прекратилась. Заключенные стали выживать исключительно за счет собственных возможностей и благодаря посылкам от родных.
Впрочем, тем сотням тысяч законопослушных граждан, которые тоже оказались в зоне АТО, жить было не легче. Помимо того, что они также довольствовались только скромной пищей, им, в отличие от зэков, приходилось еще и постоянно укрываться от обстрелов.
- В последнее время серьезно помогала гуманитарная помощь, - продолжает Бычков. - Не буду врать - не знаю, с какой стороны. Это были консервы, печенье, сгущенка, «Мивина».
Мужчина был просто счастлив, когда 4 июня 2015-го его вместе еще с восемью товарищами освободили по окончании отбытия срока. И не важно, что вышел «голый, босый», без копейки денег. Главное, что вышел. Братва помочь тоже не смогла, ведь в лагере практически не было денег. Затем начался долгий путь домой.
- Свердловск обратил на себя внимание большим количеством разрушенных домов и ценой на пиво - 50 гривен за 2-литровую бутылку. У меня денег не было, но хоть посмотреть на цены я должен был, - вспоминает собеседник.
Александру удалось поймать попутную фуру, на которой он переехал в ДНР и был высажен в километре от близлежащего блокпоста. Надо сказать, что границы между ДНР и ЛНР нет, и разделение этих территорий абсолютно условное. Мужчина на всякий случай решил обойти блокпост по посадкам, но был пойман сепаратистами.
Разбирались с парнем трое - один местный, явно ранее сидевший в тюрьме, и два чеченца, плохо понимавшие по-русски. Благодаря тому, что у него на руках была справка об освобождении, с ним обошлись достаточно лояльно - заставили немного порыть окопы, а после проверки личности отпустили.
Александр пошел в сторону украинского блокпоста, который тоже решил обойти посадкой. И опять напоролся на засаду. Украинские военные были гораздо жестче и прилично «помяли» парня при задержании. Военные объяснили, что он родился в рубашке, ведь чудом не напоролся на «растяжку». Потом очередная проверка и... опять рытье окопов.
Правда, на блокпосту военные его покормили и посадили в проходящий автомобиль, попросив бесплатно подвезти в сторону Красноармейска. Перед очередным блокпостом водитель решил не рисковать и высадил пассажира. Мужчина от греха подальше опять решил идти посадкой. И... снова в который раз задержан со всеми вытекающими последствиями. Опять разбирательство и... рытье окопов.
- Но я уже настолько устал от всего этого, что с наступлением темноты просто убежал. По дороге удалось остановить дальнобойщика, который довез меня до Днепропетровска. Из Днепра электричкой доехал до Верховцево, а потом в Кривой Рог, где у меня на 44-м квартале когда-то жили друзья, - вспоминает он.
Однако найти знакомых парню не удалось - один умер, другой уехал в Киев, двое сидят. Так и пришел Александр за помощью в «Пульс». И получил ее. Надеемся, что он уже адаптировался к свободной жизни в родном Кировограде.

Андрей СЕРЕНКО