Лишний сын?

Таким историям прямая дорога на телевидение - в ток-шоу Андрея Малахова «Пусть говорят». Забросив тщетные попытки разобраться, кто в ней прав, а кто виноват, я решила просто передать рассказы всех её участников.

Сын

Его зовут Валера и сейчас ему 19 лет. Считает, что в жизни ему не повезло с родителями. Опекались им всю жизнь дедушка и бабушка по отцовской линии. Но они умерли.

…В 1993 году 16-летняя Марина забеременела от 18-летнего Владимира. В июле 1994 года у них родился сын. Назвали его в честь деда - Валерием. Молодые въехали в квартиру родителей, пожили вместе около трех лет и Марина «загуляла». Где - неизвестно, но к своему ребенку она так больше и не вернулась. И в его жизни теперь вряд ли когда появится, впоследствии легко согласившись с лишением своих родительских прав. Закономерным результатом разгульного образа жизни Марины стало то, что в 2010 году Терновский районный суд признал её виновной по четырём статьям: воровство, наркотики - в результате чего женщина получила шесть лет с конфискацией имущества.

Сегодня отец Валерия, Владимир, - уважаемый человек, работает на одной из криворожских шахт горным мастером, имеет блестящую характеристику как профессионала и руководителя. Как говорится, «не привлекался, не состоял, в порочащих связях не замечен». Вот только сына отец теперь не любит. Почему? Может, это влияние его новой жены Лады? Пока был жив дед, отношения в семье более-менее складывались. Но после его смерти в 2011 году всё пошло наперекосяк. Все свои усилия мачеха и отец направили на то, чтобы освободить жилплощадь от пасынка. Жилплощадь немаленькая - три комнаты.

К слову, с Ладой Владимир детей так и не нажил. То есть кроме Валерия детей у 38-летнего Владимира нет. Отчего же такое неприятие к родной крови? Тем более, сын и отец так похожи и внешне, и характерами. Почему же он так мешает отцу с мачехой?

Родня по матери мальчика считает, что папа просто не хочет делиться жилплощадью с родным сыном. Под нажимом новой жены Владимир втихую выписал сына из квартиры, когда тот был ещё несовершеннолетним. Всплыла эта история, когда парню исполнилось 16 лет и пришла пора получать паспорт.

А два года назад Валера и вовсе оказался на улице. Под молчаливое согласие отца Лада выставила парня из квартиры. Поселился он у тети Виктории, периодически жил и у крёстной. Валера считает их самыми близкими людьми в своей жизни.

В 2012 году эта родня активно включилась в судьбу Валерия: поочередно подали заявления в суд на лишение Владимира родительских прав (комиссия тогда единогласно приняла это решение), на алименты и, наконец, на принудительное вселение парня в квартиру.

Суд в марте этого года признал право Валерия пользоваться жилой площадью его отца. Не желая признавать вынесенное решение, Владимир нанимает дорогого адвоката и подаёт апелляцию, настаивая всё же на том, что его сын не имеет права жить с ним в квартире, «так как живет у дяди». Но апелляционный суд не удовлетворяет его жалобу, и с помощью исполнительной службы Валеру таки вселяют в родной дом.

Важный факт: квартира - неприватизированная, квартиросъемщики на данный момент в ней - Владимир и его сын. Приватизировать ее Владимир не хочет, потому как против того, что часть имущества будет принадлежать сыну.

- Мачеха буквально выживает его, достала Валерку своими нападками, - рассказывает крёстная парня. - Две недели назад «накатала» три абсолютно беспочвенных заявления в милицию. Мол, пасынок нецензурно выражается в ее адрес, лезет драться, портит в доме имущество. Она делает всё, чтобы морально парня задавить и в конце концов выжить из квартиры. Ведь, по закону, если в течение полугода жилец не живет в квартире, где зарегистрирован, его автоматически можно выписать оттуда.

И вот через три месяца после вселения Лада во второй раз выгоняет пасынка на улицу, готовясь стойко выдержать шестимесячный срок.

- Участковый, к которому мы обратились, советует обращаться в исполнительную службу, - говорит тетя парня Виктория. - Обратились. А ещё написали заявление в прокуратуру о невыполнении решения суда. А дальше напишем и на раздел или обмен имущества.

Отец

- С матерью Валерия мы прожили три года, - рассказывает отец Валеры Владимир. - Потом эта наркоманка исчезла и сейчас сидит в тюрьме. Родня у неё вся такая же. Брат, у которого сейчас живет мой сын, два раза под следствием был. Мать, бабка Валерки, тоже - клейма ставить негде.

До 17 с половиной лет сын жил при мне, мои родители занимались его воспитанием, я его кормил, одевал. А потом у Валеры в жизни начались игровые автоматы. Он начал подворовывать - у деда тырил, с моей банковской карточки, затем и с карточки дяди. Потом была очень некрасивая история: снял деньги с карточки родителей друга. Там чуть семья не развалилась из-за этого - друг на друга подумали.

Два года назад он ушел из дома со словами «Вы меня тут не любите! Никому я не нужен!» Жил у бабки, потом у дяди. Дядя с женой решили, что меня надо лишить родительских прав. Наверное, хотели стать опекунами и получать три с лишним тысячи гривен. Но не вышло - Валере исполнилось 18 лет. Тогда они подали на алименты. Сейчас я выплачиваю сыну 50% из своей зарплаты и буду это делать до мая 2014 года, пока у него не закончится учеба. Карточка выплат и паспорт Валеры дядя держит при себе. При игровой страсти Валеры это, конечно, правильно.

Уже через месяц после вселения Валеры ко мне начали ходить соседи: оказывается, он наодалживался у них денег. У одного двадцатку, у второго - полтинник… Потом пацаны начали ходить, тоже требовали возвратить одолженное Валерой. Приходил и майор милиции: оказалось, Валера отобрал у малолетки мобильный телефон. Суд на этой неделе должен состояться. А вчера письмо пришло на Валеру из «Ренессансбанка» - требуют выплат по взятому кредиту.

Я раньше любил своего сына. Конечно, теперь отношения у нас сложные, и с Ладой у него тоже не все просто. Вот он жил здесь три месяца, пользовался ванной, туалетом, но ни копейки не дал заплатить за услуги ЖКХ, за свет… Холодильником ему мы, правда, запрещаем пользоваться, остальным - пожалуйста. Помню, я ему предлагал после похорон деда, давай, если не хочешь с нами жить, квартиру тебе снимем. Так он не захотел, сказал, ты меня всё равно не любишь, хочу себе статус сироты.

От редакции

В этой истории каждый защищает и выгораживает себя. Конечно, если игромания имеет место быть, то всем героям этой статьи можно только посочувствовать. Ведь это напасть сродни наркомании. Тогда понятно желание отца любыми путями оградить сына от доли в недвижимости - вылечить игроманию невероятно трудно, а потерять в будущем квартиру из-за кредитов Валерия вполне реально. Но непонятно нежелание папы встать на сторону сына и попытаться что-то сделать для него, что поможет парню, вставшему на скользкий путь, вовремя сойти с него. Владимиру, конечно, проще отстраниться, заняв пассивную позицию несчастного: дескать, я нормальный, это сын у меня такой-сякой, неудачный получился, гены - играет, ворует… А что ты, отец, сделал в жизни сына, как помог ему?

Несложно догадаться, что парень явно недолюбленный, ненужный. Иначе откуда его отчаянные слова «Вы меня тут не любите! Никому я не нужен!» В его жизни было много чего, но не было искренней любви, внимания и заботы. Отец явно не смог этого дать, ограничиваясь «одел-накормил и слава Богу». А дети чувствуют, когда на них, по большому счету, начхать. Может, этим равнодушием папа сам неосознанно и толкнул парня к поиску других интересов и способов самовыражения в жизни. А теперь по полной получает от судьбы наказание.

Ольга Ворон