Воскресный ПАПА

37-летний криворожанин Андрей Шалаев пытается вернуть своё конституционное право участвовать в воспитании сына. Когда­-то в советском прокате шёл фильм «Воскресный папа». Шестилетний Алёша, родители которого развелись, видел отца раз в неделю по воскресеньям. Ребёнку тогда удалось невероятное, что порой не под силу взрослым: и родителей помирить, и семью вернуть. Впрочем, в лирической комедии возможно всё. В жизни нередко бывает иначе. Например, криворожанин Андрей Шалаев не один год бьётся над тем, чтобы отстоять право воспитывать сына. В его жизненной истории весёлого куда меньше, чем в киношной.

Слушая Андрея, сразу возникает много «почему»? Куда, например, со временем деваются настоящие чувства и почему они безвозвратно разбиваются о реалии повседневного быта? В какой момент и почему двое становятся чужими, а потом из-­за этого страдают дети? Список можно продолжить, но есть ли ответы на эти воп­росы?
Их не раз задавал себе и наш герой. В какой­-то момент вдруг понял, что его семья существует формально, а на самом деле ее давно уже нет. Начало положили бытовые ссоры, затем масла в огонь добавили недоразумения со стороны родственников жены. И пошло-­поехало...
Серьезным сигналом к разрыву отношений послужило и то, что супруга из роддома не сообщила ни своему мужу, ни его родителям о рождении сына Ростислава. Хотя сам Андрей справедливо считает, что уж такой радостью поделиться­-то можно было.
Первое время новорожденный вроде бы и скрепил семью, но ненадолго. Его отцу приходилось большей частью жить у родителей, чем находиться в своей семье.
­ Между мной и женой вдруг выросла стена непонимания. Почему ­ до сих пор не могу понять, ­ говорит собеседник. ­ Меня то выгоняли из дома, то просили вернуться. Понимая, что ребенку нужен отец, я соглашался. Старался подавить в себе обиды и гордость.
Продолжалось все это недолго. Татьяна Шалаева подала на развод. Андрей об этом узнал, когда получил повестку в суд. В иске женщина указывала, что супружеских отношений давно уже нет, а из­за бесконечных ссор и скандалов в семье установились неприязненные отношения, из-­за чего она и распалась. Поэтому дальнейшие попытки ее восстановить не имеют смысла.
Суд удовлетворил требования истицы и супругов развели. Однако в решении суда не оговаривалось участие отца в воспитании сына. Андрей с этим столкнулся, когда Рос­тика, по его словам, попросту от него стали прятать.
­ Как ни приду к сыну ­ двери мне никто не открывает, ­ вспоминает Андрей Шалаев. ­ Махнуть рукой, самоустраниться я не мог ­ это же мой сын. Я считаю, что, как отец, имею право его воспитывать.
Спор мирным путем решить не удалось, и тогда Андрей Шалаев обратился в службу по делам детей Саксаганского района.
Сначала служба определила порядок общения отца с сыном по вторникам и четвергам с 17.00 до 19.00 в присутствии матери. Это было неудобно, если учесть, что рабочий день у Андрея заканчивается в 16.30 да плюс дорога. Но даже с этим он готов был мириться, если бы опять не повторилась та же история. То не мог достучаться в запертую дверь, когда приезжал, то бывшая супруга вдруг ставила перед фактом, что ребенок находится у ее родителей.
­ У ребенка есть место регистрации, и я хотел бы общаться с ним, а не выяснять отношения с бывшими родственниками, ­ замечает отец. ­ А видеться с сыном только в присутствии матери... Это сводит на нет любое общение.
Андрей Шалаев обратился в службу по делам детей Саксаганского района с новым заявлением, в котором настоятельно просил изменить порядок общения с сыном. И ему добавили дополнительно первую и третью субботы с 17.00 до 19.00. Опять же только в присутствии матери.
­ Выйти на улицу мы можем только тогда, когда этого захочет мать, а не ребенок, ­ возмущается отец. ­ Поэтому чаще всего приходится видеть сына в квартире бывшей жены, где у меня довольно ограниченное пространство. Да я даже руки не могу помыть. Ношу с собой влажные салфетки.
С большой грустью он вспоминает тот момент, когда Ростик на настенных часах показал время, когда папе нужно уходить. А потом вдруг заявил: «Ты, наверное, сюда больше не приходи. Скоро у меня будет новый папа». В неполные пять лет мальчик вряд ли мог сам прийти к таким умозаключениям, убежден его отец, считая, что сына настраивают против него. Это и стало поводом к иску в Саксаганский райсуд с одной целью ­ Андрей просил дать ему возможность участвовать в воспитании сына, поскольку ответчица всячески этому препятствует. Но пока что дело с мертвой точки не сдвинулось, судебные заседания переносятся и все остается по­-прежнему.
Автор этой статьи попытался переговорить с матерью пятилетнего Ростислава. Татьяна Шалаева поначалу негативно отреагировала, как она выразилась, на вмешательство в ее личную жизнь. Я задал ей всего один вопрос: хочет ли сам Ростик общаться со своим отцом? «Приходите и сами все увидите», ­ отрезала Татьяна Владимировна.
Впрочем, увидеть как раз и не получилось. Когда я с Андреем Шалаевым пришел в назначенное время, женщина просто захлопнула перед моим носом дверь, обвинив во вторжении на частную территорию. Вдобавок еще и вызвала полицию.
­ В моей практике это не единичный случай, ­ комментирует ситуацию юрист Александр Савченко, выступающий адвокатом по иску Андрея Шалаева. ­ В данном деле нарушается конституционное право мужчины в равных долях участвовать в воспитании сына, что противоречит его интересам. К сожалению, в нашем обществе бытует мнение, будто бы отец не может в полной мере позаботиться о собственном ребенке так же как мать. Те же службы по делам детей в подобных вопросах настаивают на педагогическом или медицинском образовании отца ребенка. И если такового нет, общение разрешается только в присутствии матери. Андрей Шалаев не может забрать сына к себе домой хоть на время, хотя все условия для этого есть, о чем свидетельствует акт обследования его условий проживания. Не может навестить ребенка в детском саду, куда его просто не пускают без присутствия матери. Возникает вопрос: а как же тогда воспитывают детей отцы-­одиночки? Исходя из такой логики, их что, нужно лишать родительских прав, а детей определять в детские дома?

Александр ШИДО