Людина-епоха: Георгій Малахов

29 березня 2022 р. виповнюється 115 років від дня народження академіка, доктора технічних наук, професора Георгія Михайловича Малахова.

Детальніше: Людина-епоха: Георгій Малахов

Война конечна, а память вечна

Говорят, что человек жив до тех пор, пока о нём помнят. Память о солдатах, которые проливали кровь на территории Демократической Республики Афганистан, увековечена в музее боевой славы воинов­интернационалистов.

Детальніше: Война конечна, а память вечна

Его песни звучали в каждом доме

На прошлой неделе поклонники Владимира Высоцкого отметили его день рождения. Народному любимцу - певцу, поэту и актёру исполнилось бы 83 года. Вот только судьба отмерила ему почти вдвое меньше прожитых лет. Короткая, но невероятно яркая жизнь!

Детальніше: Его песни звучали в каждом доме

Сражавшийся за Кривой Рог герой остался без самой высокой награды

12 декабря 1943 года во время «свободной охоты» (это был один из способов боевых действий истребителей по уничтожению вдоль линии фронта и в тылу врага самолётов, боевой техники, транспортных средств, живой силы противника) в районе Никополя-Кривого Рога был совершён необычный подвиг, о котором на следующий день узнала вся страна.
Прослушивал я на днях аудиозаписи Сов­информбюро. Из них в годы Великой Отечественной войны советские люди узнавали о событиях на советско-германском фронте. Незадолго до начала Никопольско-Криворожской наступательной операции в оперативной сводке СИБ за 13 декабря 1943 года диктор Всесоюзного радио Юрий Левитан поведал радиослушателям такую историю, произошедшую в тылу немецких войск в районе железнодорожного узла Апостолово: «Летчики-истребители, гвардии лейтенанты Баевский и Кальсин, действуя над территорией, занятой противником, встретили немецкий самолет «Фокке-Вульф-189». Баевский атаковал вражеский самолет и сбил его. В ходе боя самолет Баевского получил повреждение и загорелся. Летчик был вынужден произвести посадку. Кальсин поспешил к нему на помощь. Он приземлился, помог Баевскому взорвать горевшую машину, посадил своего товарища в фюзеляж и поднялся в воздух. Вскоре летчики благополучно приземлились на своем аэродроме».
Этот факт заинтересовал меня. Благодаря оцифрованным документам, находящимся на хранении в Центральном архиве МО РФ (в свободном доступе они размещены на портале «Память народа»), газетным публикациям времен военного лихолетья, удалось узнать некоторые по­дробности подвига отважного летчика, который на одноместном истребителе Ла-5 вывез с территории, занятой врагом, сбитого в бою товарища Георгия Баевского. В отличие от Петра Кальсина, ему удалось выжить в той страшной войне. В феврале 1944 года за 19 сбитых самолетов противника его удостоили звания Герой Советского Союза.
В воздушных боях на правобережье Днеп­ра, отличавшиеся особым упорством фашисты, в бессильной злобе за свои поражения на земле стремились взять реванш в воздухе, но наши летчики достойно им противостояли, участвуя в «свободной охоте».
Лучшими «охотниками» 5-го гвардейского истребительного авиаполка 11-й гвардейской истребительной авиадивизии считались заместитель командира эскадрильи старший лейтенант Георгий Баевский и лейтенант Петр Кальсин, летавшие на одномоторных истребителях Ла-5.
Позже о подвиге своего боевого товарища Пет­ра Кальсина генерал-майор авиации Георгий Баевский расскажет в своей автобиографической повести «Сталинские соколы» против ассов Люфтваффе».
Вот небольшой пересказ из его воспоминаний.

Подвиг комсомольца Петра Кальсина
«12 декабря 1943 года мы вдвоем с напарником вылетели на «свободную охоту» в район немецкого аэродрома близ города Апостолово. Моим ведомым был бесстрашный и опытный летчик нашего полка Петр Кальсин. При подходе к вражескому аэродрому, а полет выполнялся в очень сложных метеоусловиях, мне удалось обнаружить «Фокке-Вульф-189», так называемую «раму» - самый неприятный самолет для наших пехотинцев. Появление этого самолета-разведчика и корректировщика над нашими позициями всегда означало только одно: сразу вслед за этим последует мощный артиллерийский удар или авиационный налет.
Я передал ведомому: «Петя, атакую, прикрывай!».
Подлетел к «раме» как можно ближе. Но в это же самое время немецкий летчик наклонил свой самолет - мы открыли огонь одновременно. Моя пулеметная очередь удачна: плотная струя огня утыкается в плоскость с крестами, бьет по кабине, выбивает пламя из левого мотора вражеского самолета. Высота была метров сто. ФВ-189 накренился, стал падать и врезался в землю! Но его стрелок успел подбить и мой «лавочкин». И я вынужден был садиться, так как моя машина загорелась, да что там загорелась - вспыхнула! И ко всему прочему тут же отказал двигатель. Одежда на мне загорелась.
Когда сел и открыл фонарь, сильный поток воздуха вырвал пламя из кабины и ударил в лицо. Я кинулся бежать от самолета. Но куда бежать? С одной стороны - хвосты немецких самолетов, это же рядом с их аэродромом случилось, с другой - колонна немецких автомашин. Где-то вдалеке белели хаты. И я побежал по направлению к ним, сбросив горящую одежду и унты.
И вдруг услышал рев авиационного двигателя. Сначала подумал, что это немцы подняли в воздух свое дежурное звено. Но потом, по звуку, понял, что это наш Ла-5. Смотрю, а это мой товарищ уже выпустил шасси и хочет сесть рядом со мной. Но ему не видны глубокие борозды в заснеженной земле. Я понимал, что он сразу же при посадке перевернется. Стал показывать Петру знаками: «Уходи!». От винта его самолета уже шли снежные буруны, когда он взмыл вверх. В голове мелькнула мысль: «Теперь мне конец...». Но Кальсин не бросил меня и начал новый заход на посадку. Для этого ему пришлось пройти над немецким аэродромом под зенитным огнем.
Я подбежал к приземлившемуся самолету и прыгнул за спину товарища. Он энергично дал обороты двигателю, но машина застряла в снегу, и я понял, что мы не взлетим. В хвостовой час­ти самолета был небольшой люк, куда ставили аккумулятор. Содрав ногти, я открыл этот отсек, и, просунув туда голову и плечи, пытался раскачать самолет, чтобы он хотя бы сдвинулся с места. Ценой невероятных усилий мне это удалось сделать.
Ла-5 начал разбег, удаляясь от приближающихся немцев, охранявших аэродром. Чудом взлетел Петр, случай просто удивительный! Я потом пролез ближе к кабине летчика, горючего почти уже не оставалось, шасси, поврежденное немецкими зенитками, не убиралось. На очень маленькой скорости мы все же дотянули до своего аэродрома и сели...».

Наградные листы, как эпохи холсты...
Командующий войсками 3-го Украинского фронта генерал армии Р.Я. Малиновский, узнав о героическом подвиге летчиков, издал приказ, в котором говорилось:
«Отмечая блестящий подвиг летчика гвардии лейтенанта Кальсина П.Т. и образцы мужества, отваги и хладнокровия гвардии старшего лейтенанта Баевского Г.А., самоотверженно выполнивших свой долг перед Родиной, приказываю:
1. За мужество и героизм, проявленные в борьбе с немецко-фашистскими захватчиками при выполнении боевого задания, наградить орденом Красного Знамени гвардии лейтенанта Кальсина Петра Терентьевича, гвардии старшего лейтенанта Баевского Георгия Артуровича.
2. Учитывая, что гвардии лейтенант Кальсин лично сбил 16 самолетов противника, командующему 17-й ВА представить материал на присвоение Кальсину П.Т. звания Героя Советского Союза.
3. Приказ объявить всему личному составу частей фронта».
Но не довелось бесстрашному гвардейцу Петру Кальсину получить высокую награду.
19 декабря он в последний раз принял участие в боевом вылете, когда шестерка наших истребителей прикрывала наземные войска в районе города Никополя и была атакована девятью «Мессершмиттами-109», Петр Кальсин остался верным себе. Он спас от верной гибели своего товарища по оружию, летчика Васильева. Предприняв лобовую атаку на наседающего немца, Петр хладнокровно заставил его «отвалить» от хвоста самолета однополчанина. Затем стал преследовать фашистского стервятника над занятой противником территорией, но был сбит зенитным огнем врага...
Говорят, что для славы мертвых нет. Однако есть огромная разница между словами «убит» и «пропал без вести». Слава находит мертвых, но не находит безымянных. Пропавшим без вести Золотые Звезды Героев Советского Союза не вручали. 7 марта 1944 года Приказом народного комиссара обороны СССР большая группа летчиков, пропавших без вести в боях против немецко-фашистских войск, была исключена из списков Красной армии на получение этого высокого звания. В длинном скорбном списке, который занял 42 печатные страницы, четвертой значилась фамилия гвардии лейтенанта, кавалера двух орденов Красного Знамени и Отечественной вой­ны I степени Петра Терентьевича Кальсина... Спустя много лет следопыты установят, что он был похоронен в братской могиле в селе Мироновка Никопольского района...
P.S. Из каждых ста мужчин в СССР, родившихся в 1921-1923 годах, с войны вернулись трое - такой высокой была плата за победу в той страшной войне.

Святослав АЗАРКИН